Monday, February 20, 2017

О борьбе за права животных в Швеции/ Animal rights in Sweden

Ольга Добровидова; источник;

Новый год, как известно, — праздник бурный, атмосфера за московскими окнами напоминает околофронтовую: канонада, свист ракет, в общем, весело. И, конечно, не только в Москве.
В начале февраля, как раз пережив очередное торжество, шведские активисты за права животных передали в правительство петицию с более чем 102 000 подписями о запрете свободной продажи фейерверков и петард частным лицам. Пиротехника пугает и ранит собак и других зверей — и продажа ее всем подряд безответственна. В настоящий момент ограничения могут вводить только местные органы власти, но этого явно недостаточно, пишут активисты.
Не знаю, как вы, а я, пожалуй, эту петицию тоже подписала бы — после того как этой зимой на моих глазах большая и очень красивая собака мгновенно умчалась от хозяина в неизвестном направлении, напуганная внезапным грохотом неподалеку. Никакой фейерверк не способен оправдать мучения животного. (Что стало с собакой, я так и не узнала.)

Плакат организации Права животных, Швеция
На протяжении 125 лет мы боремся против любых видов угнетения животных.

Но не только активисты. Шведское правительство с 2015 года отстаивает внутри Евросоюза более амбициозную политику в этой области. Лиссабонский договор ЕС 2009 года признает за животными чувства и сознание, так что официальные действия шведов — это не каприз гуманистов, а простое выполнение принятых обязательств, констатирует министр сельского хозяйства Свен-Эрик Бухт.
Рассуждать, каким должно быть отношение человека к другим видам животных в, казалось бы, насквозь гуманистическом XXI веке — это примерно как обсуждать пресловутое воровство серебряных ложечек. Что тут добавишь? Вся сила и власть на стороне человека, и использовать зверей как бессловесные и бесправные вещи означает этой властью злоупотреблять.

В конце концов, тот самый dominion mandate, христианское наставление от Бога Адаму и Еве владычествовать над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле, можно понимать и по Сент-Экзюпери: ты в ответе за тех, кого приручил. Раз владычествуешь, тебе и отвечать за «подданных».

Кстати, наличие у животных сознания — вопрос, в общем, решенный. Летом 2012 года международная группа ученых приняла Кембриджскую декларацию (Cambridge Declaration on Consciousness), которая провозглашает, что с научной точки зрения всё, что нужно для появления и развития сознания, есть не только у человека, но и у всех млекопитающих и птиц — и даже у некоторых других существ, например, у осьминогов. Об этом свидетельствует множество [точнее, более 2 500 - Е.К] исследований собак, кошек, африканских серых попугаев, не говоря о приматах.

Следует исходить из того, что животные, не принадлежащие к человеческому роду (non-human animals), тоже способны мучиться, — и необходимо стараться этих мучений им не причинять. Даже если проблему не решить одним махом, единым наступлением на мясоедство, даже если человечество в полном составе не перешло пока на веганскую диету и не отказалось от натуральной кожи, — это не означает, что можно бездействовать.

В Швеции это поняли очень давно. Защита прав животных в стране — история с большими, можно сказать, государственно-монархическими традициями. Крупнейшая в Скандинавии организация защиты прав животных Djurens Rätt (Права животных) основана здесь еще в 1882 году. Одним из первых ее членов в свое время стала шведская принцесса Евгения.
Сейчас в организации состоит около 32 000 человек, и она работает над десятками проектов в Швеции и за ее пределами.

Первый закон, вводивший ответственность за жестокое обращение с животными, появился в Швеции еще в 1857 году.
С 1907 года его действие распространяется и на диких животных, причем судебные решения широко трактовали термин «животные», включая сюда и рыб.
Свой нынешний закон Швеция приняла еще в 1988 году. Его часто называют Lex Lindgren, «законом Линдгрен»: именно знаменитая шведская писательница обеспечила ему почти беспрепятственное прохождение через парламент (see more).
Астрид Линдгрен, выросшая на ферме, написала несколько сатирических рассказов для крупнейших шведских газет о том, как плохо люди обращаются с братьями своими меньшими. В одном из них Бог, который создал человека, дабы тот заботился о зверях, возвращается на Землю после долгого отсутствия — и испытывает глубокое разочарование.
Всё закончилось визитом тогдашнего шведского премьер-министра домой к писательнице; он заверил ее, что новый закон — подарок Линдгрен к её 80-летию — будет принят. Так и произошло.

Шведский закон стал одним из самых инновационных и жестких законов мира в этой сфере. Он пресекал методы так называемого интенсивного животноводства, когда звери содержатся в тесноте, а чтобы они росли быстрее, используют гормоны и антибиотики.
Под закон подпадала несвоевременная ветеринарная помощь.
В обзоре юридической практики страны шведка Хелена Стривинг рассказывала, что виновным однажды признали хозяина, который заставил свою лошадь пробежать почти милю впереди быстрого автомобиля с громким двигателем. У лошади жестокая гонка вызвала стресс — и причинила бессмысленные страдания. New York Times тогда писала: «Даже когда шведские сельскохозяйственные животные умирают, у них есть права: закон утверждает, что забивание животных должно быть максимально гуманным».

Глобальный рейтинг World Animal Protection Index (который составляют активисты) оценивает современную политику страны в этой сфере на B, как бы на «четверку». При том, что «пятерок» в рейтинге на 55 стран всего четыре (Австрия, Швейцария, Великобритания и Новая Зеландия; у России оценка F, вторая с конца [Е.К. - На карте с индексами под "Россией" подразумеваются все бывшие республики СССР]), — в общем, это хороший результат для Швеции.

Права домашних животных — на пищу, уход, общение с хозяином и даже качество воздуха, которым дышат кошки и собаки (если есть нормативы для людей, то должны быть и для животных, все логично), — в Швеции отдельно закрепили в 2008 году. Как писали тогда газеты, сделано это с опозданием: законы давно облегчали жизнь сельскохозяйственных животных (крупного рогатого скота и мелких животных в клетках вроде кроликов), но не кошек и собак.

Правила, соблюдаемые для того, чтобы «животные чувствовали себя хорошо и вели себя естественным образом», накладывают на хозяина такие обязательства: проверять состояние животного по крайней мере дважды в день и общаться с ним столько, сколько необходимо питомцу. Животные, которых содержат в помещении, должны видеть солнечный свет хотя бы в окно, а те, что живут на улице, — иметь возможность спрятаться от жары, дождя и ветра.

Бездомные животные для Швеции — редкость, но и с этим надо бороться. С 2010 года все собаки в стране должны быть зарегистрированы в специальном реестре: для каждой из 858 984 собак в стране, если она вдруг окажется без присмотра, можно узнать хозяев, реестр доступен в интернете. Такой же реестр активисты хотят создать и для кошек.

Естественно, без санкций любые законы бессмысленны. Поэтому сравнительно суровы меры наказания: штрафы, до двух лет тюрьмы и даже (временный или пожизненный) запрет на владение животными. Кошку, собаку, попугая или свинью могут [у преступного хозяина] конфисковать, но при этом заставить его покрывать расходы на содержание животного. За соблюдением законов следят специальные инспекторы и комиссии на уровне ленов [лен - единица административно-территориального деления Швеции].

Не только активисты, чиновники и юристы, но и все жители Швеции демонстрируют высокую сознательность. По данным специализированного издания «Евробарометр» за 2016 год, 99% жителей Швеции считают права животных важной проблемой, а 83% выступают за ее регулирование на уровне ЕС. И главное — 9 из 10-ти человек готовы больше платить из собственного кармана за гуманные товары, созданные с мыслью о благополучии животных.

Инициатива здесь часто тоже возникает «снизу». Например, люди отказываются покупать (а супермаркеты, в итоге, — продавать) яйца от куриц, которых держат в клетках.

И хотя Швеция, как и Дания, Финляндия, Нидерланды, Канада и Россия, пока остается одним из крупнейших производителей и экспортеров меха норки, но и здесь общественность борется. Опросы, проведенные экоактивистами, показывают, что 8 из 10-ти шведов не хотят, чтобы разведение норок в стране было разрешено юридически.
(Актер Джоэл Киннаман/Joel Kinnaman: 
Пожалуйста, последуйте примеру Великобритании, Австрии и других стран, запретивших пушное звероводство) 

Отказ от мяса — следующий логичный шаг в частной жизни гражданина, который не хочет причинять мучения животным. По данным соц-опросов, в 2014 году каждый 10-й житель страны был вегетарианцем или веганом, а среди молодежи в возрасте от 15 до 24 лет от мяса отказались 17% опрошенных. Почти в половине шведских муниципалитетов отмечается «день без мяса», когда гражданам рекомендуется воздерживаться от мясной пищи.

Шведские активисты умеют быть конструктивными. С 1964 года, например, работает Фонд научных исследований без использования животных, оказавший поддержку более чем 500 проектам на общую сумму в 29 миллионов шведских крон.
Последние 30 с лишним лет поиск альтернатив животным в лабораторных исследованиях поддерживает и правительство.

«Политикой малых дел» удалось добиться многих важных изменений: так, в 2014 году преступлением наконец-то стали сексуальные действия в отношении животных, а в 2016-м страна запретила кастрацию свиней без использования анестезии.

Но сам «закон Линдгрен» давно пора расширить и обновить: этот процесс идет с 2011 года, и активисты надеются, что новая редакция появится в самом скором времени.
А пока в Швеции бурно обсуждают окончательный запрет на использование диких животных в цирках — его поддерживают 70% шведов. В организации Djurens Rätt (Права животных) считают, что запрета удастся добиться уже в 2017 году. Ныне действующий закон требует, чтобы животные в шведских цирках содержались в хороших условиях, имели возможность гулять и вовремя получать ветеринарную помощь, а также никогда не демонстрировались публике на привязи. В шведских цирках уже запрещено использование обезьян, носорогов и бегемотов, жирафов, кенгуру, хищных птиц, крокодилов, а также других диких животных.

Цирки — тоже еще не все. Организация Djurens Rätt давно пытается добиться закрытия единственного в стране дельфинария в Кольморденском зоопарке к югу от Стокгольма.
Дельфинарии давно запрещены в Великобритании, Хорватии, Венгрии, Словении, Швейцарии, на Кипре и в Индии. Всего в ЕС работают 33 дельфинария в 15 странах (из 27 стран блока).

Для сравнения: в России, по данным активистов, действует 41 стационарный дельфинарий, а борьба ведется за закрытие хотя бы передвижных дельфинариев, где животные содержатся в совершенно немыслимых условиях.

Одним словом, «Оглядываясь в прошлое на то, как люди обращались с животными, мы видим, что “старые добрые времена” были не такими уж добрыми. Наших предков оправдывало то, что они просто не знали о страданиях животных. У нас этого оправдания нет», — пишет Хелена Стривинг (see the source).
Действительно, лучше не скажешь.

Редакция, подбор фотографий - автор блога


Wednesday, February 15, 2017

Памяти Джилл Дэлли (1959-2017)/ Tribute - Gill Dalley of Soi Dog Foundation

13 февраля 2017 года

Этим утром пришла печальная весть.
Благотворительный фонд Soi Dog Foundation (SDF):
«С глубоким прискорбием сообщаем о смерти Джилл Дэлли, со-основательницы фонда SDF. Джилл скончалась после непродолжительной борьбы с раковым заболеванием».

О том, как супруги из Великобритании Джилл и Джон Дэлли оказались жителями Таиланда, основали в Пхукете фонд в защиту уличных собак Soi Dog Foundation (SDF), а также о развитии Фонда – читайте здесь.

Тропический рай для туристов – Пхукет был адом для десятков тысяч уличных собак и кошек. Недостаток эмпатии, сопереживания, проявленный большинством представителей местного сообщества – как тайцами, так и экспатами – стал для Джилл источником глубокой душевной боли. Своё разочарование и боль Джилл выразила в наспех нацарапанном стихотворении, – она писала его в потоке слёз, после того, как утешала умирающего пса в его последние часы. Пес был в ужасающем состоянии, когда его нашли спасатели, весь покрыт раковыми шишками. Он жил на очень оживленной улице, – где его постоянно видели тысячи людей, но все они проходили мимо.
Почему? Почему? Почему?
Вы продолжаете идти мимо – почему, почему, почему?
Я был таким месяцами, – а вы продолжали идти мимо
Вы не помогаете мне – просто идете мимо
Вы не замечаете моей жажды или голода – просто идете мимо
Вы не видите моей боли – просто идете мимо
А когда вы смотрите на меня, то чувствуете лишь отвращение –
почему, почему, почему?
Я подхожу к вам поближе, ища помощи – вы меня гоните прочь
Почему, почему, почему?
Мои раковые опухоли растут – как усиливается и боль
Вы меня не замечаете – почему, почему, почему?
Вас множество, людей, но вы не гуманны – почему, почему, почему?
Сегодня боль моя уходит, как ухожу я из этого мира в другой
Впервые в жизни меня ласкают и гладят, пока я ускользаю из мира
Почему, чтобы почувствовать к себе любовь, мне пришлось ждать до последней минуты?
Почему, почему, почему?

В 2008 году новостной канал «Азия» (Channel News Asia Singapore) присудил Джилл Дэлли звание «Азиат года» (“Asian of the Year”) – она стала первой уроженкой не азиатской страны, награжденной этим почетным титулом «за неустанную работу ради уличных soi собак Таиланда».
В 2011 году Джилл Дэлли стала первым лауреатом премии «Герой Азии в деле защиты собак» (Asia Pacific Canine Hero) на конференции Animals of Asia в Ченгду (Китай).

(Джилл со спасенной собакой Кристи Поло: до и после оказания ей помощи.
Сейчас эта собака живет в любящей семье в Великобритании)

Джилл всегда мечтала о большем. Она стремилась создать в Пхукете ветеринарную клинику по последнему слову техники – для всех видов животных. Согревает душу мысль о том, что Джилл успела осуществить свою мечту – и увидела её воплощение в реальности. Фонд Soi Dog гордится прекрасной современной ветклиникой, которая по праву считается лучшей в Таиланде! Здесь работают несколько высококвалифицированных хирургов, оказывающих помощь нуждающимся животным.

Джилл и её муж Джон сумели сделать Таиланд лучше и добрее к животным.

Неустанная работа и бескомпромиссная борьба против жестокости к животным помогли Джилл и Джону заручиться поддержкой знаменитостей первой величины.
В кампаниях Фонда SDF, призывающих прекратить торговлю мясом и шкурой собак, принимают активное участие Рики Джервейс (Ricky Gervais) и Дама-Командор ордена Британской империи Джуди Дэнч (Dame Judi Dench), а также Питер Игэн (Peter Egan), Лора Кармайкл (Laura Carmichael) и прочие звезды телесериала «Аббатство Даунтон» (Downton Abbey).

Джилл и Джон Дэлли стали ключевыми фигурами в борьбе против торговли собачьим мясом в Таиланде.
(see With Your Help Thailand's Illegal Dog Meat Trade Can Be Stopped)
Многие годы страна была узловым центром незаконной торговли собаками на мясо – огромное число тайских собак, в самых чудовищных условиях, нелегально переправляли – через тайские джунгли, к лодкам – которые доставляли полуживых животных во Вьетнам и по всей территории Вьетнама.

Фонд Soi Dog и другие благотворительные зоозащитные группы представили вниманию Парламента Таиланда законопроект по введению суровых и действенных законов по обеспечению благополучия животных. В конце 2011 года, в качестве реакции на законопроект, тайские власти арестовали большее число контрабандистов, переправлявших собак, чем за всю предыдущую историю.
В северо-восточной провинции Накхом Пханом (Nakhom Phanom) более тысячи собак были спасены из тесных клеток контрабандистов. Четыре грузовика были перехвачены при попытке переправить собак за пределы страны. От давки в крохотных клетках 119 животных погибли.
После этих первых арестов тайская полиция и военно-морской флот оказывали поддержку следователям под прикрытием из Soi Dog – в результате было произведено еще 25 арестов.
Проблема торговли мясом собак и кошек в Таиланде не решена. Однако масштабы значительно уменьшились. Тайские власти активно преследуют контрабандистов – и это дает результаты.

Джилл Дэлли посвятила свою жизнь животным и оставила потрясающее наследие, созданное совместно с мужем – ценой борьбы, слёз, личных утрат и подлинного, несгибаемого мужества.

Для всех нас, всех, кто борется ради животных, уход Джилл – невосполнимая утрата.

Искренние и глубокие соболезнования Джону Дэлли и всем членам его команды, которые ежедневно работали рядом с Джилл.

*
Сообщение Джона Дэлли, со-основателя Soi Dog Foundation (see Facebook page):

Я приношу извинения за недостаточную личную реакцию, но я был ошеломлен количеством соболезнований – которое показывает отношение к Джилл людей во всем мире.
Она, как всегда, боролась до конца – но есть одна битва, которая не по силам даже ей.
Она тихо скончалась у меня на руках.
Я понимаю, что многие люди хотели бы прийти попрощаться с ней. Но желанием Джилл было, чтобы её запомнили такой, какой она была – но не в последние её дни.

Не преувеличением будет сказать, что без Джилл фонда Soi Dog не было бы.
(Джон: Это фото сделано в январе 2005 года - менее чем через три недели после выписки Джилл из больницы. После цунами она спешила возобновить работу передвижной вет-клиники. До этого она консультировала выживших в цунами и родственников погибших. За три месяца она не дала себе передышки, отложив обучение хождению на потом, после завершения этой миссии)
     
Когда в 2004 году она лишилась ног, я был совершенно готов к тому, что наша работа на этом закончилась. Но Джилл думала совсем иначе. Прекрасно помню, как её лечащий врач в Бангкоке, он был сикх (последователь сикхизма, одной из южноазиатских религий), говорил Джилл, что никто из его коллег-медиков не мог понять, каким образом ей удалось выжить; и добавил, что у неё, видимо, осталась невыполненной какая-то цель. И Джилл ответила: «Да».

Наш нынешний приют, клиника для кошек и недавно открытый новый госпиталь для собак – все появилось благодаря ей, все было построено благодаря её стремлению давать приют и защиту животным, которым больше неоткуда ждать помощи.
Перфекционистка, она была полна решимости дать животным самое лучшее. Три года она упорно трудилась день и ночь, разрабатывая план и руководя строительством здания, которое стало крупнейшей и самой современной в Азии клиникой для собак.

Другой доктор в том же 2004 году сказал Джилл, что люди с двумя ампутированными конечностями в Таиланде редко носят протезы, – потому что использовать их слишком трудно и болезненно. Но он же сказал ей: «Думаю, с вами всё будет иначе».
Едва научившись пользоваться протезами, Джилл велела мне избавиться от её инвалидного кресла, которое, считала она, ей больше не нужно.
Никто не осознавал, какую постоянную и сильную боль причиняли ей ноги. Обычно обрубки ног её были покрыты волдырями и ссадинами, потому что местная жара и влажность никак не сочетались с носками и подкладками, которые вынуждены носить те, у кого отняты конечности.
Но она никогда не жаловалась и, если я пытался уговорить её отдохнуть и сделать перерыв, неизменно отказывалась пользоваться инвалидным креслом. Оно простояло в кладовке последние 12 лет – и лишь в этом последнем месяце было извлечено оттуда.
Еще раз спасибо всем за добрые слова и мысли,

Джон Дэлли, со-основатель фонда Soi Dog Foundation
*
(Джон Дэлли: Это моя любимая фотография. На ней Джилл счастлива,
она рядом с одной из тысяч собак, обязанных ей своим спасением и возвращением к жизни)

В память о Джилл наш фонд продолжит бороться за прекращение страданий бездомных животных в Азии. Ваши пожертвования сделают это возможным. Наследие Джилл продолжится – бесчисленными жизнями, которые мы будем продолжать спасать.
Потому что она никогда не сдавалась – и в память о ней не сдадимся мы.

источники: Tribute - Gill Dalley of Soi Dog Foundation;
In loving memroy of a hero, who never walked by

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Tuesday, February 14, 2017

Пхукет: Фонд в защиту уличных собак/ Phuket’s Soi Dog Foundation

источник: Phuket’s Soi Dog Foundation – Saving Animals in Need and Inspiring Us All

Октябрь 2012

Спасение обездоленных животных и вдохновение для всех нас

Джон и Джилл Дэлли (John and Gill Dalley) много раз проводили отпуск в Пхукете, здесь состоялось их бракосочетание, сюда они собирались переехать из Великобритании, выйдя на пенсию. Что и было сделано – в 2003 году. Однако супруги не подозревали, что вместо спокойного пенсионного отдыха они будут работать в Таиланде даже больше, чем в Англии.

Обосновавшись в Пхукете, Джон и Джилл столкнулись с масштабной проблемой бродячих собак – обездоленных животных становилось всё больше по мере роста популярности Пхукета среди туристов (сюда же съезжалась со всей страны масса местных жителей в поисках работы). Супруги Дэлли поняли, что не могут быть в стороне и должны помочь. Когда Джона спрашивают, что заставило их выбрать местом жизни Пхукет, он отвечает: «Климат, люди и, конечно, животные!» Они с Джилл твердо решили чем-то помочь, «вместо того, чтобы просто отдыхать и бездействовать». Осмотревшись, они заметили в Пхукете и в пригороде множество бездомных собак – больных, страдающих, нуждающихся в помощи.

Жители Таиланда исповедуют буддизм, – считая эвтаназию неприемлемой. В то же время, приемлемым считается просто выбрасывать на улицу нежеланных щенков и котят.

Примерно тогда же, когда в Таиланд переехали Джон и Джилл, перебралась сюда Марго Хомбург Парк (Margot Homburg Park). Именно она в 2002 году основала Фонд в защиту уличных собак, Soi Dog Foundation (сои/‘soi’ по-тайски значит «улица»). Используя собственные сбережения, Марго начала стерилизовать бродячих собак, живших по соседству – сначала в столице, Бангкоке, а потом в Пхукете, куда она перебралась. Супруги Дэлли и Марго начали работать совместно, создавая на острове клиники по проведению стерилизации бродячих собак. Постепенно их организация увеличилась. Soi Dog Foundation (SDF) становился движущей силой в деле спасения уличных собак Пхукета и дарования им лучшей жизни.


В сентябре 2004 года Джилл Дэлли (на фото вверху она с одной из спасенных собак) пыталась перевезти бродячего пса (животное было под действием транквилизаторов) на лечение в клинику. Однако пес сбежал – и оказался посреди затопленного поля, на котором паслись буйволы. Джилл не могла оставить пса там – она отправилась на поиски, шагая по колено в воде. Вскоре после этого происшествия Джилл заболела, её ноги посинели и болели. Развилась септицемия (общая гнойная инфекция) – заражение неизвестными бактериями, полученное, пока Джилл несла собаку через затопленное поле. Доктора пришли к выводу, что единственный шанс спасти жизнь Джилл – это ампутация обеих конечностей ниже колена.

Всего пару месяцев спустя, в декабре 2004 года, на остров обрушилась мощная цунами, уничтожившая всё на своем пути. Это бедствие унесло жизнь одной из самых пылких волонтерок Фонда SDF, Леони Косенс (Leone Cosens).
На фото: Леони Косенс (вторая слева) погибла, пытаясь предупредить людей на пляже Януи о необходимости эвакуироваться.

Однако несчастья не лишили сотрудников фонда SDF надежды – напротив, организация стала еще сильнее. В месяцы, последовавшие за цунами, прибыло множество ветеринаров-добровольцев со всего мира. Благодаря тесному сотрудничеству фонда SDF с местными сообществами, удалось работать быстро и эффективно. В результате Фонд был награжден премией «Международного гуманного общества» (Humane Society International), а «Всемирный фонд защиты животных» (World Society for the Protection of Animals, WSPA), впечатленный работой фонда SDF, согласился в последующие два года финансировать его программы по стерилизации.

В период этих суровых испытаний Джилл работала, прикованная к инвалидному креслу, восстанавливаясь после ампутации ног: ничто не могло помешать ей продолжать оказывать помощь животным Пхукета. Сейчас она, используя протезы, ходит и тренирует собак в приюте Фонда.

Хотя стерилизация бездомных животных остается основной задачей SDF, недавно были построены также приют, ветеринарная клиника и штаб-квартира. В настоящее время в Фонде на полном рабочем дне действуют четыре ветеринара и более 20 других штатных сотрудников. Сооружения Фонда способны единовременно приютить до 400 собак. В школах проводятся образовательные программы, цель которых – обучить детей ответственному отношению к домашним питомцам.
Джон Дэлли (он на фото вверху, среди питомцев приюта) шутит, что на пенсии он загружен работой больше, чем раньше:
«Джилл и я с полной отдачей работаем семь дней в неделю, нередко по 14 часов в день. По сути, на пенсии, не получая оплаты, мы трудимся с большей отдачей и нагрузкой, чем раньше – когда зарабатывали себе на жизнь!»
В последние годы нагрузка еще увеличилась – с тех пор, как в 2006 году Марго Хомбург Парк по состоянию здоровья переехала в Бангкок, оставив супругов Дэлли продолжать сообща начатое дело.

В 2009 году Фонд Soi Dog выкупил почти половину земель, на которых расположены его сооружения, и пытается выкупить оставшееся. Приют расположен на площади около 200 квадратных метров у деревни Маи Кхао (Mai Khao), недалеко от аэропорта.
Существует много способов помочь Фонду. Один из самых простых и эффективных – стать спонсором собаки или кошки.

В 2008 году новостной канал «Азия» (Channel News Asia Singapore) присудил Джилл Дэлли звание «Азиат года» (“Asian of the Year”) – она стала первой уроженкой не азиатской страны, награжденной этим почетным титулом. Джилл отметила, что она просто делает то, что должно быть сделано – и надеется, что её история вдохновит других людей, перенесших ампутацию.

Недавно в Китае Джилл Дэлли получила награду «Герой Азии в деле защиты собак» (Asia Canine hero award).

«Случаются взлеты и падения, есть много достоинств и недостатков, — говорит Джон, — но когда видишь собаку или кошку с такими ужасными ранами и увечьями, что многие люди решили бы немедленно усыпить этих животных, а мы даем им новую жизнь, или даже новый любящий дом — вот ради этого стóит работать. А еще мы знаем, что если бы мы бездействовали — проблема стала бы катастрофической, страдания животных были бы неописуемыми».

Фонд Soi Dog Foundation и супруги Дэлли продолжают делать свою новую страну лучше и добрее к животным-компаньонам.

Большинство людей лучше понимают не отвлеченные, глобальные истории, но конкретные примеры – ситуации, в которые можно проставить самих себя, соотнестись, увидеть общие места. Большинство историй о чудовищных событиях нас не задевают – именно потому, что мы не в силах представить самих себя внутри этих событий.
Масштабность задач, выполняемых фондом Soi Dog, трудно охватить воображением. Они стерилизовали более 100 тыс. собак и кошек в Пхукете и Бангкоке и спасли жизни тысячам животных. Мы ездили по Пхукету и на каждом углу видели тех самых уличных “soi” собак – так что понятна масштабность проблемы и то, что она далека от решения. Мы ежедневно видели животных с ранами, кожными болезнями, перебитыми конечностями.

С другой стороны, истории с конкретными примерами мы в состоянии воспринимать. Во время нашей беседы Джон Дэлли привел несколько незабываемых примеров. В приют попал пес с глубокой раной, нанесенной мачете – теперь песик здоров, шерсть вокруг раны заросла. А вот симпатичный пушистый белый комок по кличке Дейзи – её нашли покрытой кожными болячками и умирающей от недоедания. А сейчас Дейзи греется на солнце, высунув язык, и радуется ласковым поглаживаниям. Всего лишь пара примеров из ежедневной работы супругов Дэлли и их команды.

А еще Джон Дэлли переслал мне электронное письмо одного джентльмена из Копенгагена, который усыновил прекрасного песика по кличке Пёрл (Pearl, жемчужина). Её принесли в приют страдающей от ожогов: кто-то плеснул на бок животному кислотой... Благодаря заботам команды Soi Dog, теперь Пёрл совершенно здорова – если не считать чуть заметного шрама на боку, на месте ожога. Её усыновили и переправили в новый дом в Дании.

(Слева: раненый пёсик после поступления в ветклинику SDF; справа: встреча с новым любящим опекуном)

Стин (Steen), джентльмен, взявший песика в свою семью, выразился наилучшим образом:

«Бесконечная благодарность всем вам, прекрасные люди, за то, что вы делаете мир лучше; спасаете жизни чудесных созданий и всячески предотвращаете новые трагедии; за то, что собираете средства, врачуете и заботитесь обо всех животных – крохотных и крупных, красивых и несимпатичных, беспородных и породистых, которых разводим мы сами, чтобы любить их – но о которых мы все забываем... но только не ВЫ!
Я искренне благодарен, и сделаю все возможное для Пёрл. Никогда больше она не будет мучиться, никогда больше её не бросят. Эта собака – такое открытое, умное и уравновешенное создание, окруженное аурой спокойствия и умиротворения, которые распространяются на всех нас, кто с ней рядом. Она сильная, очень сильная.
Спасибо вам, Soi Dog, что не сдались, не махнули на Пёрл рукой – и превратили невозможное в прекрасную возможность, ставшую реальностью для этой собаки и для меня!»

Я не могу читать это сообщение без комка в горле. И без уверенности, что все мы должны помогать супругам Дэлли и их Фонду.

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Monday, February 13, 2017

Джилл Дэлли: «Герой Азии в деле защиты собак»/ Asia’s first Canine Hero: Gill Dalley of Soi Dog Foundation

Июнь 2011, Пхукет, Таиланд

Джилл Дэлли (Gill Dalley), руководитель знаменитого Фонда защиты уличных собак (Soi Dog Foundation, SDF) стала первым лауреатом премии «Герой Азии в деле защиты собак» (Asia Pacific Canine Hero) на конференции Animals of Asia в 2011 году в Ченгду (Китай).
Джилл вместе с мужем Джоном, а также группой преданных сотрудников и волонтеров, проводит программы по стерилизации и спасению собак в Пхукете и прилегающих провинциях.
Китайский фонд, продвигающий благополучие собак в азиатском регионе, вручил Джилл премию в размере 10 тыс. американских долларов (302 тыс. батов).
Всю эту сумму Джилл пожертвовала в фонд своего приюта Soi Dog Foundation.

До ноября нынешнего [2011] года фонду SDF требуется собрать 5 миллионов бат – чтобы избежать закрытия своей ветклиники и приюта на 250 собак.

Джилл, комментируя получение награды, сказала:
«Я без колебаний перевела денежный приз на счет фонда, поскольку это жизненно важно для возможности продолжать нашу работу в Пхукете. Для меня большая честь получить эту награду. Я принимаю её от имени всех моих великолепных сотрудников, волонтеров и верных жертвователей, благодаря которым мы можем продолжать эту важную работу».

* * *
Местная героиня-защитница собак получает приз (2011)

Автор: Александра Андерссон (Alexandra Andersson)

Героические усилия Джилл Дэлли, со-основательницы Фонда защиты уличных собак (Soi Dog Foundation, SDF), были отмечены почетным званием (Pacific Canine Hero) на церемонии, прошедшей в Китае.
Награда присуждается за выдающиеся заслуги в деле улучшения условий жизни собак на территории стран Азии. Джилл Дэлли получила награду «за неустанную работу по спасению и реабилитации собак в Пхукете, а также поиск для них новых любящих приемных семей».

Но Джилл не считает себя героиней: «Меня смущает всё происходящее, потому что я просто Джилл, и просто делаю то, что хочу делать. Я не люблю трубить об этом. Хотя получить награду очень приятно».

Джилл (52 года) и ее муж Джон (61 год) провели последние восемь лет в Пхукете, стерилизовав более 33 тысяч животных. Созданный ими Фонд SDF за это время превратился в крупнейшую зоозащитную организацию Таиланда – достижение, потребовавшее жертв и бесконечной преданности делу.

У Джилл не бывает отпусков; увлечения и развлекательные проекты отложены на будущее, и даже мама Джилл считает, что дочь сошла с ума и уехала, дабы примкнуть к какому-то культу.

В 2004 году Джилл лишилась обеих ног – она получила заражение, спасая собаку с затопленных под выпас буйволов полей.

Церемония вручения награды за неустанную работу Джилл и фонда SDF стала возможностью оглянуться и вспомнить пройденный путь.
На фото: Джилл и спасенный щенок

«Я очень нервничала... Это меня удивило... когда мне вручали награду, я была взволнована, чего сама от себя не ожидала... Но когда все аплодировали, я очень гордилась нашим фондом и всеми, кто нам помогает».

Однако лучшая награда для Джилл – это оказание помощи животным:
«Думаю, что я повидала все возможные ужасы, какие человек может сотворить с животным. На собак выливали бензин, а потом их поджигали; их обливали кислотой; нападали с мачете; связывали проволокой челюсти – так, что животное не могло ни пить, ни есть; в собак стреляли... Мы слышали даже историю о собаке, которую неоднократно изнасиловал какой-то иностранец. Я повидала много такого, что делают люди с животными, – и даже сейчас это причиняет мне боль. Конечно, у меня бывают и хорошие, и плохие дни. Но давать волю эмоциям – означало бы делать центром происходящего себя, тогда как на самом деле речь идет о животных».

Джилл может подарить собакам второй шанс, – и это помогает ей продолжать работу. Она вспоминает историю с собакой Пёрл, которую недавно принесли в SDF после варварского нападения – на животное плеснули кислотой.


(Слева: раненый пёсик после поступления в ветклинику SDF; справа: встреча с новым любящим опекуном)

Собака получила обширные ожоги, но с помощью Фонда её удалось вылечить – и найти ей новый дом в Дании. Новый опекун собаки недавно прислал Джилл фотографии и письмо:
«Я смотрела эти чудесные фото со слезами на глазах. Такие дни заставляют тебя продолжать работу, показывают, что оно того стóит – потому что ты меняешь жизнь животного к лучшему. В такие мгновения мы, сотрудники Фонда – богаче всех на свете!»

Но не только это – работа мотивировала Джилл поскорее восстановиться после ампутации. Она научилась ходить на протезах – потому что хотела поскорее вернуться к спасению собак:
(На фото: Джилл с протезами - и собака-ампутант с протезом)
«Время вспять не повернешь. В том, что произошло, никто не виноват – это просто случилось. Я лишилась ног. И я напряженно тренировалась, чтобы снова обрести способность ходить – на это меня вдохновляли собаки».

Когда будет свободное время, Джилл хотела бы основать благотворительную организацию для тайских инвалидов, поскольку протезы в Таиланде может позволить себе далеко не каждый нуждающийся в них.
Если это не поступки поистине самоотверженной, сострадательной и героической личности, то я не знаю, как иначе это назвать. Но Джилл снова повторяет: «Я вовсе не героиня. Я просто Джилл, которая просто делает то, что ей нравится».

источник

Перевод, подбор фотографий – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Saturday, February 11, 2017

Связь: жестокость к животным и насилие над людьми/ The Link: Cruelty to Animals and Violence Towards People

Автор: Синтия Ходжес (Cynthia Hodges), 
Юридический колледж;
университет штата Мичиган (Michigan State University College of Law), 
2008 год

I. Вступление

Жестокое обращение с животными и насилие над людьми имеют нечто общее: в обоих случаях жертвы – это живые создания, чувствующие боль, переживающие стресс, рискующие погибнуть вследствие полученных ранений. Тем не менее, до недавнего времени жестокость к животным считали не связанной с проявлениями жестокости к детям, пожилым людям, а также с любыми формами домашнего насилия (то есть насилия в отношениях между супругами, между родителями и детьми, братьями и сестрами). В настоящее время установлена взаимозависимость между безжалостностью к животным, жестокостью в семье и другими формами насилия в местном сообществе. Всё большее число исследований доказывает, что люди, проявившие жестокость в отношении животных, редко останавливаются на этом. Убийцы и насильники, как правило, имеют ранний опыт причинения мучений животным. Люди, склонные к проявлениям жестокости в отношении животных, могут представлять опасность и для других людей.
Специалисты, которые занимаются защитой прав детей и животных, хорошо осведомлены об этой взаимозависимости. Они признают тот факт, что насилие и над детьми, и над животными являет собой бесконечный, подпитывающий себя цикл жестокости. Одна из причин этого в том, что люди, оказавшиеся свидетелями проявлений насилия, делаются десенсибилизированными (теряют чувствительность): чем чаще индивидуум оказывается в определенной ситуации, тем более комфортно он/она начинают себя в ней чувствовать. Криминальные психологи признают, что участие или наблюдение за неоднократными актами жестокости в отношении к животным делает бесчувственными как правонарушителя, так и свидетеля.
Английский педагог и философ Джон Локк (John Locke, 1632-1704) писал:
«Я часто наблюдал у детей следующую черту: когда им в руки попадается какое-нибудь беспомощное создание, они склонны дурно обходиться с ним – нередко мучают и очень жестоко обращаются с птичками, бабочками и другими подобными беспомощными животными, оказавшимися в их власти, причём делают это с явным удовольствием. Я считаю, что необходимо следить за детьми и, если у них проявляется наклонность к подобному бездушию, учить их обратному; ибо под влиянием привычки мучить и убивать животных детская душа будет постепенно грубеть и в отношении к людям; те, кто находит удовольствие в причинении страданий и уничтожении так называемых “низших животных”, не будут иметь склонности к состраданию и кроткому отношению с себе подобными».
(Джон Локк – Мысли о воспитании, 1692)

Жестокость к животным разрушает уважение к жизни. Дети, ставшие свидетелями насилия над животными, особенно рискуют сами оказаться в роли насильников.

II. Жестокость к животным как предсказание будущего поведения

Агрессивное поведение ребенка с животными – предупреждающий сигнал о возможной жестокости к людям в более зрелом возрасте. Социальные службы по защите детей, специалисты в области психического здоровья и педагоги воспринимают плохое обращение с животными как важнейшее проявление агрессивного и антисоциального поведения; рассматривают это как тревожный сигнал для предупреждения дальнейшей жестокости.

Дети и подростки могут мучить животных из любопытства, под давлением со стороны сверстников, от скуки, а также для оказания эмоционального дaвления на других людей или в качестве «упражнения» в будущих межличностных проявлениях жестокости.
Кроме того, взрослые могут совершать акты жестокости к животным, чтобы тем самым выплескивать собственную агрессию (например, применяя болевые приемы, обучать животное нападению, воспитывая таким образом «злую» собаку); использовать животное в качестве жертвы для упражнения в собственной агрессивности; для удовлетворения садистских склонностей (наслаждаясь видом мучений животного).

Одним из наиболее надежных предсказателей будущей жестокости взрослого человека является его дурное обращение с животными в детском возрасте. Психологические, социологические и криминологические исследования доказали, что многие преступники в детстве и отрочестве совершали неоднократные акты насилия над животными. Взаимозависимость распространяется и дальше: самые агрессивные преступники в детстве совершали наиболее варварские акты жестокости в отношении животных.

Безжалостность к животным – это не просто изъян характера, но, скорее, симптом глубоких умственных расстройств; признак наличия опасных отклонений, жертвами которых могут оказаться и животные, и люди. Обследование группы пациентов психиатрической клиники, которые ранее неоднократно издевались над животными, показало, что все эти пациенты крайне агрессивно вели себя и с людьми.

Жестокость порождает новую, более изощренную жестокость; всё идет по нарастающей – люди, ищущие жертву, начинают с самых беспомощных, с тех, кого легко контролировать; а затем расширяют круг своих жертв. Человек, который наслаждается ощущением власти в процессе причинения боли или даже убийства, будет непрерывно поддерживать это свое состояние «кайфа» посредством совершения всё более гнусных преступлений. Любые проявления жестокости должны рассматриваться как опасные, не важно, кто именно стал жертвой насильника – человек или животное. Одним из примеров эскалации проявлений жестокости может служить Род Феррелл (Rod Ferrell), отбывающий пожизненное заключение за жестокое убийство супружеской пары во Флориде. Впервые внимание представителей правоохранительных органов Феррелл привлек раньше, когда был арестован за вторжение в приют для животных, где он истязал, а затем убил и расчленил двух щенков.
Связь между издевательствами над животными и насилием над людьми подтверждается множеством исследований, результаты которых показывают следующее:

• 100% проанализированных случаев убийств на сексуальной почве показали, что преступники ранее проявляли жестокость к животным.
• 70% мучителей животных совершили ранее как минимум одно уголовное преступление; почти 40% совершали также акты насилия над людьми.
• 63.3% мужчин, виновных в нападениях, признали, что ранее мучили животных.
• 48% виновных в изнасилованиях и 30% растлителей малолетних в детстве или юности издевались над животными.
• Те, кто издевается над животными, в 5 раз чаще были арестованы за акты насилия над людьми; в 4 раза чаще совершали имущественные преступления; в 3 раза чаще были задержаны за преступления, связанные с наркотиками и нарушениями общественного порядка.

A. Серийные убийцы

Дейл Барлетт (Dale Bartlett), который в организации «Гуманное общество США» (the Humane Society of the United States) занимается решением проблем жестокого обращения к животным, подчеркивает: «Исследования показывают, что серийные убийцы и насильники вероятнее всего имеют в прошлом “опыт” жестокого обращения с животными».

Сотрудники ФБР, анализируя психологические портреты серийных убийц, обращают особое внимание на случаи жестокости к животным. Роберт К. Ресслер (Robert K. Ressler) из ФБР говорит: «Очень часто убийцы начинали с того, что в детстве мучили и убивали животных».

Криминальный психолог Джон Дуглас (John Douglas) в книге «Охотник за разумом: элитное подразделение ФБР по борьбе с серийными убийцами» (The Mind Hunter: Inside the FBI's Elite Serial Crime Unit) указывает, что у будущих серийных убийц самые ранние проявления жестокости – это истязания и/или убийство домашних или диких животных; затем следует грубое обхождение с младшими братьями/сестрами; и наконец уличная преступность или домашнее насилие.

История изобилует серийными убийцами, чья жестокость изначально выплескивалась на животных.
Массовые убийцы Тед Банди (Ted Bundy), Джеффри Дэмер (Jeffrey Dahmer), Альберт ДеСальво (Albert DeSalvo) и многие другие совершали чудовищные издевательства над животными до того, как начать зверские убийства людей. Первыми жертвами Джеффри Дэмера стали животные: в молодости он отрезал головы собакам и прибивал к деревьям кошек, а также любил накалывать отрезанные головы лягушек, кошек и собак на палки. Известный под именем «Бостонский душитель», серийный убийца Альберт ДеСальво был обвинен в убийстве 13 женщин. В юности он «увлекался» отловом собак и кошек, в которых затем пускал стрелы. Деннис Рейдер (Dennis Rader), так называемый убийца “BTK” (его «фирменный» знак, означающий "Bind, Torture, Kill" – «свяжи, истязай, убей»), описывая свое детство, упоминает, как повесил собаку и кошку.
Снайпер-убийца Ли Бойд Мальво (Lee Boyd Malvo), на счету которого 10 убитых, «в 14 лет обстреливал — и, вероятно, убивал — множество кошек, стреляя в них из рогатки стеклянными шариками». Тед Банди в детстве также истязал своих домашних животных.

B. Стрельба в школах

Преступления со смертельным исходом, произошедшие в последние годы в учебных заведениях, в большинстве случаев коренятся в жестокости к животным. Многие из так называемых «школьных стрелков» (school shooters) совершали акты насилия над животными, прежде чем направить свою агрессию на одноклассников, учителей и родителей.

Эрик Харрис (Eric Harris) и Дилан Клебольд (Dylan Klebold), в 1999 году застрелившие 12 учеников средней школы в штате Колорадо (Columbine High School), упоминали совершенные ими издевательства над животными в разговорах с одноклассниками. Люк Вудхэм (Luke Woodham), убивший собственную мать и двух соучеников, перед этим истязал и зверски убил свою собаку по кличке Спаркл: в дневнике он описывает, как поджог её, и называет предсмертные крики собаки «произведением искусства». «Школьный стрелок» Кип Кинкель (Kip Kinkel) истязал животных (отрезал головы кошкам), прежде чем обратить агрессию на соучеников. Эндрю Голден (Andrew Golden) до того, как напасть на одноклассников, стрелял в собак (включая его собственную) из винтовки 22 калибра.

III. Жестокое обращение с животными как опознавательный знак домашнего насилия или небрежного обращения

На основании недавних исследований, жестокость к животным считается важным показателем, предрекающим грядущие акты домашнего насилия. Фил Арков (Phil Arkow), педагог и руководитель проекта фонда по предотвращению насилия в семье (Latham Foundation’s Child and Family Violence Prevention Project), подчеркивает: «Насилие в семье зачастую начинается с жестокого обращения с домашними животными». Если с домашними животными дурно или небрежно обращаются – это предупреждающий сигнал о неблагополучии в данной семье. Насильники обычно нападают на слабых и беззащитных; преступления против животных, детей, супругов и пожилых людей тесно взаимосвязаны. Первой жертвой преступника зачастую становится домашнее животное, после чего его агрессия обращается на жену и/или ребенка.
плакат кампании Spot Abuse Project

Родители, склонные к жестокому или небрежному обращению с животными, очень часто ведут себя подобным образом и с собственными детьми. Только один из примеров – семья жителей штата Индианы, Джейд Джонас (Jade M. Jonas) и Майкл Смит (Michael R. Smith) были обвинены в тяжком уголовном преступлении, когда представители властей обнаружили в их запущенном и грязном доме двух истощенных детей и трех собак. Как сообщается, сначала обратили внимание на привязанную около дома изнуренную собаку, лишенную пищи и воды. Войдя в дом, следователи обнаружили трехмесячного мальчика, лежащего среди фекалий, мусора и остатков гниющей пищи. Здесь же находился полураздетый двухлетний ребенок, а также еще две собаки.
В Иллинойсе представители властей обнаружили 40 покрытых паразитами собак в тесном грязном дворе дома, принадлежащего некоему Джону Моррису (John Morris). Полицию вызвали соседи, обеспокоенные видом истощенных больных животных, запертых в тесном дворе. В похожем положении были и трое детей, которых следователи обнаружили внутри дома.

Также агрессивные члены семьи могут мучить, ранить или убивать домашних животных с целью запугать или получить власть над другими членами семьи. Сьюзан Урбан (Susan Urban), сотрудница социальной службы (ASPCA’s Counseling Services), рассказывает:
«...в случаях домашнего насилия... преступник зачастую использует животных, чтобы причинить боль кому-то из членов семьи; обычно тому, кто любит и заботится об этом животном. Чтобы получить полную власть над данным человеком, преступник издевается над животным, подтекст его действий таков: “Смотри, чтó я могу сделать с твоим питомцем, и представь, чтó я могу сделать с тобой”».
По данным специалистов, от 54 до 71% женщин, обратившихся в соц-службу за защитой, сообщили о том, что их партнер угрожал, ранил или убил одно или несколько домашних животных.
плакат кампании Spot Abuse Project

С похожими целями преступник использует домашних животных в случаях насилия над малолетними. Нередки случаи, когда агрессор принуждает ребенка насиловать, мучить или убить животное. Угрозы причинить вред животному могут также использоваться, чтобы заставить ребенка молчать о преступлении, свидетелем которого он оказался.

Мотивы преступника, дурно обращающегося с домашним питомцем пожилого члена семьи, сложнее. Пожилые люди, как правило, бывают особенно привязаны к своим домашним животным. Преступник способен издеваться над таким животным из мести, демонстрируя власть, или ради получения доступа к денежным сбережениям пожилого человека.

Итак, агрессивные члены семьи могут угрожать, истязать и/или убивать животных, чтобы

• Продемонстрировать или подтвердить власть и главенство в семье,
• Лишить свою жертву и детей связи с внешним миром,
• Принудить членов семьи молчать о происходящем домашнем насилии,
• Приучить повиноваться,
• Отомстить за непослушание и независимое поведение,
• Внушить ужас,
• Помешать жертве уйти или принудить её/его вернуться,
• Наказать жертву за то, что она ушла,
• Унизить и запятнать жертву, принудив участвовать в насилии над животным.

Если ребенок становится свидетелем проявления насилия над кем-то из родителей или домашних животных, это может подорвать его способность к психологической адаптации, увеличить предрасположенность к межличностной жестокости. Иногда такой ребенок сам может начать совершать дурные поступки в отношении животных, что является обычно проявлением душевного потрясения и травмы. Если ребенок стал свидетелем или сам оказался жертвой домашнего насилия, в будущем он может сделаться агрессором, издевающимся над животными – имитируя те мучения, свидетелем или жертвой которых был он сам.

Дети, издевающиеся над животными, могут тем самым «повторять уроки, усвоенные в семье»: пост-травматически воспроизводя сцену насилия, или используя агрессивность для выплескивания злости и последствий травм. Враждебность и агрессивность детей в отношении животных может вытекать из пережитого самими детьми насилия или небрежения. Ребенок-жертва насилия может попытаться восстановить разрушенное ощущение силы и власти, делая своей жертвой более слабого и уязвимого – домашнего питомца.
76% тех, кто поднимал руку на животных, избивал и членов семьи.
Если вы заметили животное, с которым плохо обращаются, звоните 911.
Вы можете спасти жизнь. Или две.
плакат кампании Spot Abuse Project

Взаимозависимость между домашним насилием и жестокостью к животным подтверждается исследованиями, которые показали, что:

• 88% семей из Нью-Джерси (использованы данные по 57 семействам), где имело место дурное обращение с детьми, также отмечены жестокостью к животным,
• 85% женщин и 63% детей, попадающих в приюты, сообщают, что в их семье имело место жестокое обращение с животными,
• Более 80% семей, в которых было пресечено насилие над ребенком, отмечены также жестокостью к животным,
• 70.3% женщин в приютах по защите от домашнего насилия сообщают об угрозах или фактическом насилии над их животными,
• 60% семей с жестоким или небрежным отношением к детям столь же жестоко и небрежно относились к домашним животным,
• 32% жертв домашнего насилия, у которых есть (были) животные, сообщают о том, что один или более из их детей причинил вред или убил домашнее животное,
• Около 25% женщин, подвергающихся побоям, показали, что не обратились за помощью в соц-службы раньше, поскольку опасались за судьбу своих домашних животных.

IV. Заключение

Судебные органы обязаны нещадно наказывать виновных в жестокости к животным; проверять семьи на проявление прочих форм насилия; требовать, чтобы злоумышленники подвергались психологическому анализу и консультации специалистов.
Дейл Барлетт (Dale Bartlett) из «Гуманного общества США» (the Humane Society of the United States), говорит, что его организация «старается убедить суды и обвинителей, которые ведут дела убийц и насильников и зачастую не принимают всерьез случаи жестокости к животным, в необходимости осознать тесную взаимосвязь между тем, каким образом злоумышленники обращаются с людьми и животными».
Учебные заведения, родители, местные сообщества и суды, которые пренебрегают проявлениями жестокости к животным, считая их «несущественными», — игнорируют мину замедленного действия.
Фил Арков (Phil Arkow), педагог и руководитель проекта фонда по предотвращению насилия в семье (Latham Foundation’s Child and Family Violence Prevention Project), подчеркивает: «Жестокость к животным должна иметь определение: насильственное преступление», «подобные преступления следует воспринимать и фиксировать как вопросы благополучия человека».

Джуди Присс (Judy Priess) из кризисного центра по предотвращению насилия в семье (The Spouse Abuse Sexual Assault Crisis Center) убеждена в необходимости признать тот факт, что «причинять вред животному – столь же преступно, как причинять вред человеку».

Местные сообщества должны осознать, что насилие, причинение боли и вреда любому живому существу – неприемлемо и опасно для всех окружающих. Признание того факта, что жестокость к животным – это форма антисоциального и агрессивного поведения, поможет предотвращению проявлений жестокости в будущем.

источник (а также список использованной литературы)

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Friday, February 10, 2017

Опыты на животных - миф и факт/ To end unnecessary animal suffering in labs

Миф: Эксперименты на животных – «неизбежное зло», нет других возможностей для медицинского прогресса и тестирования на безопасность.

Факт: Большинство медицинских исследований Великобритании НЕ используют подопытных животных.
Как продолжают доказывать научные периодические издания, эксперименты на животных – ненадежный и недостоверный метод изучения человеческих заболеваний и реакций на медикаменты.


MYTH: animal experiments are a “necessary evil” and there is no other choice for safety testing or medical progress.
FACT: the majority of UK medical research does NOT involve animals.

As scientific reviews continue to show, animal experiments are an unreliable method of studying human disease and drug reactions.

Join our campaigns to end UNNECESSARY animal suffering in UK labs: www.navs.org.uk

источник

Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Thursday, February 09, 2017

Жестокость к животным и повседневный садизм/ Animal Cruelty & Everyday Sadism

источник; сентябрь 2013

Однажды, блуждая по залам Метрополитен-музея (Нью-Йорк, США) я наткнулся на небольшую картину итальянского живописца 16-го века Аннибале Каррачи (Annibale Carracci, 1560 – 1609). Под очень уместным названием «Двое детей дразнят кота», это полотно изображает улыбающегося мальчика, девочку и рыжего кота. Сценка выглядит совершенно невинной – пока вы не присмотритесь: мальчик придерживает кота левой рукой, а в правой держит крупного речного рака, весьма успешно заставляя того засунуть массивную клешню в ухо коту.

Какие выводы можно сделать, наблюдая подобную жестокость в детях? Это ребячья шалость – или признак глубоко коренящейся патологии, которая однажды проявится насилием над людьми?

Исследователи взаимоотношений людей и животного мира придерживаются разных мнений касательно причин и последствий жестокого обращения к животным. Многие антрозоологи [anthrozoology, подраздел этнобиологии, изучающие взаимоотношения человека и животных других видов - Е.К.] убеждены, что детская жестокость к животным – предвестник дальнейших проявлений насилия в отношении людей. Другие специалисты считают, что связь между жестокостью к животным у детей и проявлением жестокости у взрослых, не столь прочна.

Но что именно заставляет тех, а не иных людей отрывать крылья бабочкам и стрелять в соседского пса из пневматической винтовки? На этот вопрос проливают свет два недавно проведенные исследования. Оба они изучают связь между жестокостью к животным и структурой психологических особенностей под названием «темная триада».

Темная триада включает в себя три личностные черты: нарциссизм, макиавеллизм и психопатию.
По результатам первого исследования, индивидуумы с высоким уровнем проявления «темной триады» демонстрируют менее позитивное отношение к животным и чаще проявляют к ним жестокость. (источник)

Другое исследование провел Дэн Джонс (Dan Jones) из университета Британской Колумбии (Канада).
Ученые сконструировали машинку для перемалывания жуков – с тем, чтобы могли потешиться латентные (скрытые) садисты. Машинка представляла собой подобие кофемолки с приделанной вверху трубкой, куда участники исследования могли бы бросать живых жуков (при этом машинка издавала леденящий душу размалывающий скрежет).
Животными в этом опыте выступили три жука-мокрицы: Маффин, Тутси и Айк. На самом деле, это даже не насекомые, а вполне симпатичные представители подотряда ракообразных. Иногда их шутливо называют горошинками (для защиты мокрицы сворачиваются клубком) – и некоторые люди даже держат в качестве домашних питомцев.
Чтобы сделать мокриц-участниц эксперимента еще симпатичнее и придать им индивидуальность, исследователи поместили каждую в отдельный контейнер с указанием на нем клички животного.

После того, как им сказали, что в ходе опыта ученые изучают «персональные особенности и переносимость/терпимость при выполнении требующих напряжения работ», участники опыта (студенты колледжа) ответили на целый ряд вопросов из опросника. Сюда входили замеры трех переменных «темной триады», а также шкала замера индивидуальных отличий в проявлении садистских наклонностей (например, «У меня бывают фантазии на тему причинения боли другим людям»). Затем участникам опыта предложили на выбор выполнить одно из неприятных заданий: либо убить живых жуков, бросая в перемалывающую машину; либо помочь экспериментатору убивать жуков; либо почистить грязный туалет; либо поместить руки в ледяную воду (что очень больно). Если участник опыта выбирал убийство жука, он должен был действительно бросить хотя бы одного из них в машинку. В завершение опыта участников попросили оценить по шкале, насколько приятным для них было участие в данном исследовании.

(Замечу: от участников, которые согласились мыть туалет или опустить руки в ледяную воду, не потребовали фактического выполнения этих заданий. Кроме того, в опыте не пострадала ни одна мокрица — в машинке был сделан специальный барьер, не позволявший животному попасть внутрь и быть перемолотым).

Кто-нибудь из участников опыта согласился убить Маффина, Тутси или Айка? Да. 27% лично бросили животное в перемалывающую машинку; другие 27% выбрали своим заданием помощь экспериментатору в убийстве жука.
Отличались ли личностные показатели убийц жуков от показателей прочих участников? Да. Убийцы жуков набрали больше баллов по шкале садистских наклонностей, чем другие группы. Более того, некоторые из убийц не останавливались на одном жуке – и ради забавы бросали в машинку для перемалывания и остальных двух. Как и ожидалось, исследователи выяснили, что участники с более высоким уровнем садистских наклонностей получали от содеянного больше удовольствия. Далее, чем больше удовольствия приносило участнику убийство, – тем больше жуков он отправил в машинку для перемалывания.

Наиболее интересный аспект проведенного опыта (помимо остроумного дизайна машинки и того факта, что более четверти студентов согласились убить Маффина, Тутси и Айка) следующий: статистический анализ показал, что садизм был более важным фактором предсказания жестокости к животным, чем переменные «темной триады».

Команда ученых из университета Британской Колумбии убеждена, что «темная триада» на самом деле – «темная четверка» личностных черт. Ученые хотят добавить «повседневный садизм» (everyday sadism) к нарциссизму, макиавеллизму и психопатии. И возможно, они правы. Взгляните еще раз на картину Карраччи, упомянутую выше. Обратите внимание на улыбку девочки, наблюдающей за тем, как мальчик мучает кота.

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Tuesday, February 07, 2017

воспитание жестокости/ contact zoos - cruel entertainment

"Почитайте. Там написано, что контактные зоопарки имеют право на существование, но с домашними животными и в особых условиях. А наши все в основном — это издевательства и мучения для зверей.
По мне, так единственные условия - смотреть и не трогать, и лучше со стороны, на то, как животные в естественной среде обитают."
via МБФ помощи животным "Дарящие надежду"

* * *
«Каждое утро мы, сотрудники, отмывали загон для животных спецсредством. Это делалось для того, чтобы не было запаха, и посетителей не тошнило от "аромата" животных. Я убирала из загонов мертвых зайчиков, цыплят и т.д. Хозяин кормил сов и филина теми, кто был задушен, уронен или умер сам. Их хранили в морозилке. Если таковых не находилось, хозяева кормили хищников слабыми мелкими животными. Они ведь все равно скоро вырастут и станут неинтересны посетителям,» — из рассказа женщины, работавшей в контактном зоопарке.

В последнее время на рынке услуг появились даже предложения «ручной зоопарк под ключ»: за оговоренную сумму вам арендуют помещение, оборудуют его вольерами и заселят их питомцами.
Как правило, вольеры совершенно пустые: для того, чтобы животному некуда было спрятаться от гостей. Меж тем наличие отдельного домика — обязательное условие для того, чтобы зверю жилось комфортно.

— Укрытие, где животные могли бы спрятаться сами в случае дискомфорта или спрятать запасы еды, просто необходимо. Это касается практически всех видов, от белки до енота, — объясняет главный врач госпиталя для птиц Маргарита Кочерга.
Подобных укрытий в контактных зоопарках почти не бывает — ведь животное, пытаясь избежать контакта с людьми, будет отсиживаться там постоянно. Оставшись без возможности уединиться, животное из ручного зоопарка попадает в безвыходную ситуацию, которая приводит к бесконечному стрессу и быстрой гибели.

Также вы почти никогда не увидите в загонах поилки с водой, хотя наличие постоянного доступа к воде — один из основных принципов содержания абсолютно всех животных.
Как признаются сотрудники, на это есть две причины. Во-первых, жидкость убирается, чтобы посетители случайно не разлили воду в вольере и не добавили хлопот персоналу. Во-вторых, звери от постоянного стресса будут много пить, а значит, много ходить в туалет. Это приведет к появлению неприятного запаха и загрязнению вольера, что, понятное дело, совершенно не на руку руководству.

Стресс, несбалансированный рацион, неправильное содержание, отсутствие контроля за температурой и влажностью — все это приводит к болезням. И тогда у зверя остаются два вида реакции — либо агрессия, когда силы еще есть, либо апатия, когда силы уже на исходе.

Недавно к ветеринарам привезли обезьяну с выпадением прямой кишки. Это тоже последствия неправильного образа жизни в ручном зоопарке. Ей прописали лечение и… отправили обратно: обустроить для таких животных вольер в стационаре — трудная задача.

Нельзя говорить «НЕЛЬЗЯ» посетителям — это девиз компании. Но зачастую дети сжимали, роняли и бросали животных. Животные в постоянном стрессе, так как за день их тискают сотни рук. Смертность очень большая.

Вседозволенность для посетителей — отдельная глава. Изначальный посыл «знакомство с животным миром» трансформируется в полный беспредел по отношению к природе и ее обитателям. Вместо обучения бережному отношению детям разрешают относиться к питомцам как к живым игрушкам, над которыми можно ставить эксперименты.

Давят, душат, бросают на пол не только хомяков, но и цыплят, утят, морских свинок… — всех, кто попадется под ногу. Причем в большинстве случаев это происходит намеренно. «Маленькая девочка, совсем кроха, делала движения ногой, пытаясь задавить морскую свинку. Лишь чудом мать ее спасла!»; «Дети дергали за задние лапы кролика, а тот взметал опилки до половины роста маленького мучителя под смех его мамы и ненавязчивое «ну чего ты, ему же больно, сейчас поцарапает»; «При мне дети сломали крылья цыпленку»; «Дети взяли морскую свинку за горло и долго держали на весу»… — такие сообщения сплошь и рядом встречаются в отзывах на «трогательные» зоопарки в Интернете.
И на опасные шалости часто закрывают глаза.

Раненым животным зачастую не оказывается ветеринарная помощь — из экономии. Им дается несколько дней на борьбу, и если животные погибают, то идут на корм хищникам: грызунов отдают птицам, птенцов — сурикатам. Безотходное производство…

Травмированные животные тут же теряют привлекательность для посетителей, а значит, содержать их больше невыгодно.

— Знакомство с животными — идея, безусловно, хорошая, — считает семейный психолог Наталья Панфилова. — Но контактные зоопарки уходят в другую крайность, позволяя детям слишком многое. В живой природе такого никогда не бывает, и от этого нужно отталкиваться. Объяснять детям, что относиться к живым существам нужно бережно, что в условиях природы ты это животное не сможешь ни поймать, ни погладить. Дети должны понимать, что если перейдут границу, то совершат непоправимое. А если человек хлебнул вседозволенности, то в будущем он станет транслировать ее не только на всех других животных, но и на людей

Чтобы составить наиболее адекватное представление о животном, недостаточно просто посмотреть на него или погладить по шерсти. Нужно «принюхаться» к нему, понаблюдать за повадками, послушать, какие звуки они издают… Все это недоступно в контактных зоопарках.

— Если хотите приблизить ребенка к природе — сходите с ним в лес, отвезите в деревню к бабушке, которая содержит домашний скот… Еще можно посетить приют для животных и взять одну из собак на прогулку — такая практика есть во многих учреждениях, — говорит семейный психолог Наталья Панфилова.

Человек, который любит животных, редко обидит другого человека. А в тех тактильных зоопарках, которые у нас сейчас функционируют, мы можем видеть только жестокое обращение с животными. Чтобы это исправить, нужно соблюдать два пункта: возможность контактировать только с животными домашнего содержания и в определенные часы «работы» этих питомцев. Такой подход будет приемлемым. И даже в этом случае я не могу сказать, что это будет очень хорошая затея.

Отрывки; полный текст


Saturday, February 04, 2017

Кит с желудком, забитым пластиковым мусором/ Norway: Whale found full of plastic bags

На фото: 31 января 2017 года; ученые университета Бергена (Bergen University) начали проводить вскрытие 2-тонного кита, выбросившегося на мелководье острова Сотра (Sotra), что к востоку от Бергена.

Двухтонный 6-метровый кит-ремнезуб (Mesoplodon) выбросился на юго-западное побережье Норвегии. Судя по размерам, это было взрослое животное.
Кит был явно болен, его пришлось усыпить.

В желудке кита норвежские зоологи обнаружили около 30 пластиковых пакетов и другой пластиковый мусор:
«Желудок был забит пластиком; остатков пищи в пищеводе практически не обнаружено», — рассказывает Терье Лислеванд (Terje Lislevand) из бергенского университета.

Ученые считают, что именно не поддающийся разложению пластиковый мусор стал причиной того, что взрослый кит неоднократно выбрасывался на побережье.

По оценкам ООН, ежегодно в воды мирового океана сбрасывается более 8 миллионов тонн пластикового мусора.

источник

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Tuesday, January 31, 2017

Медленный лори - жертва нелегальной торговли/ Slow loris - one of the most endangered primates in the world

источник: One of the most endangered primates in the world
Январь 2017

Житель Индонезии запаковал восемь животных в две ячеистые коробки – по четыре в каждой.

Какой-то другой житель Индонезии заплатил за покупку восьми медленных толстых лори (Nycticebus coucang), и продавец приготовился отослать животных в другую часть страны.

Смертельно перепуганные зверьки съежились калачиками рядом друг с другом по углам коробок. «Продавец» насыпал им совсем немного еды. Воды не было.

Потом в дом продавца в городке на западе острова Ява (Majalengka, West Java) нагрянула полиция. Торговец был арестован, а конфискованные медленные лори переданы на попечение организации «Международное спасение животных» (International Animal Rescue, IAR), которая занимается спасением и реабилитацией диких животных.

Есть пять видов медленных лори. Зверьки, отловленные на острове Ява — один из 25 стремительно вымирающих видов приматов, согласно данным Международного союза по охране природы (International Union for Conservation of Nature, IUCN).

Статус животных, которым грозит исчезновение, не защищает медленных лори от нелегальных торговцев дикой природой; зверьков активно продают в качестве домашних «игрушек».

Всего за день до того, как полицией были конфискованы у торговца упомянутые восемь животных, команде сотрудников организации IAR удалось спасти из частных владений другую группу медленных лори: 16 взрослых особей, двое подростков и один новорожденный лори.
Это произошло в городе Чиребон в западной части острова Ява; животных тоже намеревались продать через интернет.

К сожалению, новорожденный зверек умер по дороге в реабилитационный центр IAR.
Кристин Рэттел (Christine Rattel), эксперт организации IAR, рассказывает:
«Как правило, уровень смертности среди медленных лори, конфискованных у торговцев, очень высок. Браконьеры-торговцы “пакуют” животных в крохотные тесные клетки, после того, как отловили медленных лори в дикой природе. Животные получают травмы и увечья, они смертельно перепуганы, часто возникают серьезные медицинские проблемы, ведущие к гибели зверьков.

Почти 80% пойманных в дикой природе медленных лори не доживают до стадии продажи. То есть, на одного выжившего медленного лори, нелегально купленного у торговцев, приходятся четыре лори, погибшие в процессе продажи».

Все восемь медленных лори (спасенных в городе Majalengka), а также 18 животных из города Чиребон сейчас находятся в сравнительно добром здравии, несмотря на обезвоживание и проблемы с глазами.

Кроме того, у всех этих животных не повреждены зубы. Это тоже хорошие новости.
Обычно, когда медленных лори отлавливают в развлекательных целях, им вырывают зубы — просто выдергивают щипцами или даже ножницами для ногтей, без всяких болеутоляющих.
Но вышеупомянутые зверьки еще не успели подвергнуться этой процедуре, что означает возможность выпустить их назад, в дикую природу.

Венди Прамесвари (Wendi Prameswari), ветеринар из организации IAR, говорит: «Мы надеемся как можно скорее вернуть спасенных животных в дикую природу, где им и надлежит жить».

Принимая во внимание масштаб браконьерского отлова, медленный толстый лори рискует исчезнуть из дикой природы в ближайшие пять лет, считают представители IAR.

Однако зоозащитники из IAR продолжают сотрудничать с полицией и властями, стремясь пресечь нелегальную интернет-торговлю этими дикими животными.

Кармель Льяно Санчас (Karmele Llano Sanchez), руководитель программ IAR, подчеркивает: «Совершение преступлений против дикой природы посредством использования интернет ресурсов – новая методика преступников. Множество видов диких животных – под угрозой. Пресечение сетевой преступности стало глобальной проблемой. И мы приветствуем усилия представителей полиции и Министерства лесного хозяйства и окружающей среды (Ministry of Forestry and Environment) в проведении успешных операций. Деятельность правоохранительных органов крайне важна для пресечения преступной торговли дикой природой».

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/



To help prepare these slow lorises for release, and help the many others like them that IAR rescues, you can make a donation here.

You can also sign this pledge to never support or encourage the illegal pet trade of slow lorises.

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...